В Зеленограде я появился в 1959 г. В то время я работал над проектом города Криково в Красноярском крае. Это был большой город на 350 тысяч человек. Работы там завершались, и меня пригласили начальником отдела главного архитектора города в районе станции Крюково. Согласился я не сразу. Но вот в ноябре 1959 г. началось мое знакомство с новой строительной площадкой. Строительство тогда только началось. Появились первые здания, завод железобетонных конструкций, технические училища швейников и металлистов -больше ничего. Интенсивно сооружались лишь коммуникации. Сначала надо было вникнуть в суть проблем, ознакомиться с материалами, наработанными в мастерской № 14 Моспроекта-1, которой руководил И.Е.Рожин. После знакомства с ним и его коллегами приступил к работе.

С 1960 г. строительные работы шли очень активно. В первую очередь, сооружались водопровод, теплотрасса, канализация, очистные сооружения, железнодорожная ветка от станции Крюково в Северную зону и т.д. Город представлял собой тогда огромные горы разрытой земли. Ездить было практически невозможно, можно было только ходить. А зимой я обходил объекты на лыжах, которые стояли у меня в кабинете.

В то время во всем мире остро стояла проблема больших городов-конгломератов. Для ее решения стали строить города-спутники. Первый такой город-спутник стали строить вокруг Лондона на 80 тысяч населения. Решалась и проблема развития Москвы. Как она будет развиваться? То ли как масляное пятно разливаться, то ли строиться упорядочение, то есть со строительством определенных поселений в ближайшем окружении? Решением этой проблемы занимались Главное архитектурно-планировочное управление и Институт Генерального плана Москвы. Предлагалось создать вокруг Москвы около 10 городов-спутников численностью от 30 до 65 тысяч человек, с возможным ростом населения до 80 тысяч. Одним из первых спутников стал Зеленоград. В соответствии с постановлением правительства от 3 марта 1958 г. он назывался. Новый город в районе станции Крюково Октябрьской железной дороги.

Город должен был стать спутником с полной трудовой занятостью населения. В Москве многие предприятия уже нельзя было реконструировать. Их надлежало закрыть и на новой технологической основе построить в районе станции Крюково. Здесь предполагалось построить несколько цехов шарикоподшипникового и часового заводов, приборостроительный комбинат, швейно-галантерейный, мягкой игрушки и другие с общей численностью работающих до 20 тысяч человек. А с семьями предполагалось разместить в новом городе до 60 тысяч.

Строительство финансировалось разными организациями. Предприятия возводились за счет Московского городского совета народного хозяйства, а жилье — Мосгорисполкома. Работа с самого начала шла странно. Строительство предприятий отставало, а жилье строили быстрыми темпами. Это создавало диспропорции. Из предприятий начали строить только два цеха шарикоподшипникового завода (нынешний завод «Элион»). Другие работы не велись из-за отсутствия финансирования. А жилые дома намечались к сдаче уже в 1962 г.

Технологически строительство нового города велось грамотно. Вначале прокладывались коммуникации, дороги, теплотрасса, канализация. А затем начинался монтаж жилых домов. Нам предлагали полносборные пятиэтажные дома. Они были не очень удобны для жилья, но других не было. Тогда мастерская И.Е.Рожина существенно их переработала. Строить город начали из четырехэтажных домов с приставными балконами-этажерками и раздельными санузлами. Это улучшило планировочную структуру и эксплуатационное качество домов. Когда дома стали заселять, возникли проблемы. Предполагалось, что в них будут жить рабочие построенных предприятий, но самих предприятий еще не было. Мы, конечно, несли ответственность за все строительство и за эту диспропорцию. Надо было предпринимать какие-то меры.

Еще в 1961 г. мы неоднократно обращались в Московский комитет КПСС и Мосгорсовет, но ответов не последовало. Тогда мы с И.Е.Рожиным направили письмо Первому секретарю ЦК КПСС и Председателю Совета Министров СССР Н.С.Хрущеву. Но и на этом уровне решение долгое время не принималось. В том же году состоялся просмотр проектов градостроительства, на котором присутствовал Н.С.Хрущев. И.Е.Рожин представлял наш проект, который получил одобрение. О волновавших нас диспропорциях он рассказал Н.С.Хрущеву, а тот, в свою очередь, дал указание своим помощникам рассмотреть этот вопрос.

Весной 1962 г. у нас в управлении появились два человека, представившиеся как сотрудники одного из закрытых ленинградских институтов. Это были Ф.Старос и И. Берг. Они заинтересовались нашим строительством, а, главное, возможностями нашей строительной площадки. В Ленинграде они хотели расширить производство, но сделать этого не могли из-за отсутствия площадей. И когда они узнали, что здесь можно разместить производство не на 3-4 тысячи работающих, как они полагали, а на 30-35, как планировали мы, то тут же решили поехать в Москву на встречу с председателем Государственного Комитета по электронной технике СССР А.И.Шокиным, чтобы поговорить о возможностях использования нашей стройплощадки. На другой день нас с Игорем Евгеньевичем пригласили к А.И.Шокину. После четырехчасового разговора было определено место для размещения нового предприятия и научно-исследовательского института.

С этого времени началось строительство предприятий микроэлектроники. Вначале было запланировано лишь два предприятия, в том числе завод «Компонент», в дальнейшем все строящиеся предприятия («Элион» и др.) были переданы Комитету по электронной промышленности. Таким образом, был решен вопрос о создании в Зеленограде Научного центра, о чем было принято соответствующее постановление Советского правительства. Зародышем всей микроэлектронной промышленности стали НИИМП и НИИТТ. Вскоре по некоторым показателям, как отмечал А.И.Шокин, мы вышли вперед в мировой микроэлектронике, хотя по качеству еще порядочно отставали.

Здесь удачно сочетались потребности развития электроники с практически готовой строительной площадкой вблизи Москвы. С одной стороны, такое размещение произошло случайно. Но с другой — случайность эта была закономерной, ибо само развитие науки и техники требовало решения этой задачи.

Естественно, размещение предприятий электронной промышленности повлекло за собой необходимость пересмотра Генерального плана. В 1962 г. мастерская И.Е.Рожина переработала генплан 1959 г. Его корректировка была значительной. Вместо трех промышленных зон было запроектировано две. Укрупнили центр города, зная, что увеличение производства приведет и к увеличению численности населения (от планировавшихся ранее 60 тысяч до 130 тысяч человек). Мы показали свои предложения в Союзе архитекторов СССР, Московском управлении, а затем и в Госстрое СССР. Одобрение было получено. В 1962 г. был утвержден новый план развития города до 1968 г. Правда, Моссовет утвердил только первую очередь строительства на 80 тысяч человек (это 1 — 7 микрорайоны). Вторая очередь не была утверждена, но работы, хотя и спорадически, велись вплоть до 1970 г.

Когда в 1968 г. первая очередь строительства была полностью завершена, мы приступили к разработке нового плана, который обеспечил бы развитие города до 1990-1995 гг. Работу над этим генеральным планом осуществлял большой коллектив из различных научных подразделений: Институт Генерального плана, отдел главного архитектора Москвы и наша мастерская, которой руководил уже И.А.Покровский. В 1970 г. проект был закончен и утвержден Мосгорисполкомом.

Проект был высокого качества. Доказательством является то обстоятельство, что он, по существу, не пересматривался до настоящего времени. То есть действует вот уже в течение 23 лет. Таких случаев история советского градостроительства не знает. Обычно генеральные планы пересматривались через каждые 4-5 лет, то есть в каждую пятилетку. Можно сказать, что нашим генпланом были решены все принципиальные задачи, которые стояли перед городом. Это чисто градостроительные, планировочные задачи, создание архитектурного облика города, его взаимосвязь с природой. Важным было и то обстоятельство, что при строительстве не было бараков и всяческих времянок, как это было в других городах. Только в двух местах мы вынуждены были вырубить лес. При возведении жилых домов сразу же проводили работы по благоустройству, устраивали газоны, высаживали аллеи и т.д. Квартиры новоселы получали со всеми удобствами. Впервые в отечественном домостроении в массовом порядке в квартиры были поставлены электрические плиты. В каждом микрорайоне создавался свой торговый центр и предприятия обслуживания: почта, телеграф, парикмахерская, прачечная, мастерские и пр. Многоэтажные дома появились с 1960-х гг. Первоначально город планировался только до железной дороги. Но по современному генплану город перешагнул уже за железнодорожную линию.

Конечно, не все проблемы решены так, как нам хотелось. Мало мы проектировали индивидуального жилья, вынуждены были строить дома только тех серий, которые применялись в Москве. Эти типовые дома нас не удовлетворяли, но то, что зависело от нас, мы старались сделать. Улучшая архитектурный облик города, мы все время руководствовались основной идеей — сохранить природу в городе. С одной стороны, нужен был масштаб столичного города, а с другой — мы хотели создать все удобства для жителей города. Мы и старались это сделать. Проектировали-то не только для горожан, но и для себя тоже, так как многие проектировщики живут в Зеленограде. Живут давно и работают здесь, отдавая городу свои лучшие годы.

А.Б. Болдов

Еще по теме:
Смотреть Полтавскую область на карте со спутника

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.